"> Інтерв"ю Мішеля Терещенко кореспонденту газети "Бізнес"

Інтерв"ю Мішеля Терещенко кореспонденту газети "Бізнес"

Інтерв"ю Мішеля Терещенко кореспонденту газети "Бізнес"

13.12.2011

Інтерв"ю Мішеля Терещенко кореспонденту газети "Бізнес"


АНАНОВ А.


Наверное, из всей семьи Терещенко самая странная и замысловатая судьба выпала Михаилу Ивановичу. Вундеркинд, еще в детстве освоивший пять языков, в 30 лет он стал министром финансов во Временном правительстве. Его называли финансовым гением, но не за то, что в 17 лет он унаследовал одно из самых больших в Европе состояний — 70 млн руб., а за то, что, потеряв его в огне революции, сумел снова собрать солидный капитал. Всю жизнь своего деда Михаила Терещенко, с его увлечениями, семейными драмами и государственными интригами, гражданин Франции и украинский предприниматель Мишель Терещенко (см. БИЗНЕС №10 от 07.03.11 г., стр.64, 65) собрал в одну книгу "Первый олигарх". Почему правдивый "авантюрный роман на фоне грозной эпохи " вышел под столь одиозным названием ? С этого вопроса мы и начали разговор с автором, встретившись с ним в ресторанчике на улице, названной именем его предков.


Пожалуй, из всей многочисленной семьи Терещенко украинцам наиболее известно имя вашего прапрадеда Николы. Почему вы решили написать о Михаиле Терещенко? И почему назвали его олигархом — словом, вызывающим у наших людей не самые положительные ассоциации?


— Может быть, легче было бы писать о прапрадедушке Николе или прадедушке Иване Терещенко. Они жили в XIX в., когда Украина кормила половину Европы. Они много работали, многого добились и умерли спокойно среди близких, окруженные уважением. Но мне было интереснее написать о дедушке Михаиле, потому что .он жил уже в XX в., когда украинская история стала трагической и кровавой, а он прошел через эти трагедии. Михаил начинал свою жизнь наследником огромного состояния. Он руководил семейной промышленной группой, покупал яхты, машины, поддерживал авиастроение, владел настоящими дворцами в Киеве, Петербурге, Париже, Канне. Один из богатейших людей мира, он проверял истинные масштабы своего состояния за игорным столом. Однажды в одном из казино в Монако даже пришлось покрыть игорный стол черным сукном в знак того, что заведение просто не может выплачивать астрономические выигрыши этому "элегантному 21-летнему русскому"! Состояние моего деда использовали для свержения правительства. Михаил Иванович участвовал в заговоре против царя, чтобы поменять абсолютную монархию на парламентаризм, как в Великобритании, или демократию, как во Франции. Когда он был министром финансов во Временном правительстве, под его личную гарантию за границей был взят "заем свободы", чтобы Россия смогла продолжить воевать в Первой мировой. Долг ему пришлось возвращать много лет, уже живя в эмиграции. Как один человек может финансировал целую войну?! Он и на общественные нужды свое состояние очень щедро использовал: помогал, больницам, церкви, университету, строил музеи. Фактически брал на себя обязанности государства. Он типичный олигарх!


— Назвав книгу именно, вы что-то хотели сказать украинским олигархам?


— Я понимаю, что между украинским народом и олигархами есть конфликт. Но это не совсем правильно. Мы много говорили об этом с моим другом — руководителем детского кардиологического центра Ильей Емцем (известный кардиохирург, руководитель Центра детской кардиохирургии Института сердечнососудистой хирургии АМН Украины. — Ред.). Работа такого центра невозможна без помощи олигархов. Не могу вам назвать их фамилии, им не нужна реклама, но эти люди, жертвующие огромные суммы каждый месяц, помогают, потому что хотят это делать. Может быть, это шанс для Украины. Сейчас кризис во всем мире. Запас государственных денег уменьшается с каждым днем. И накопления олигархов могут помочь стране. Эти люди могут, знают как и будут помогать! Конечно, они будут защищать свои интересы, но они будут организовывать жизнь вокруг, поддерживать систему... Так что кризис Украину может затронуть в меньшей степени, чем Францию, Италию или Грецию.


— Для вас эта книга авантюрный роман о смене эпох или просто семейная история?


— Это поучительный исторический урок и потрясающий личный пример. Я всегда говорю, что представляю своего дедушку большим орлом или альбатросом, как в стихотворении"Альбатрос" из сборника "Цветы зла". — Ред.) Шарля Бодлера: когда рыбаки выпускают пойманную птицу на борт, альбатрос просто не может ходить по палубе — ему мешают огромные крылья... Дедушка пытался поменять государственную систему Российской империи. Конечно, никто — ни семья, ни друзья — не понимали, зачем, ведь он был одним из наиболее успешных ее представителей. Он начинал революцию, но в результате получил еще более ужасную диктатуру, арест и эмиграцию.


— Он был одинок в своих реформаторских намерениях?


— Он был очень одиноким в жизни. Может быть, это и повлияло на его характер. После революции никто не хотел с ним встречаться и общаться. Он очень тяжело переживал крушение своих надежд. Как бодлеровский альбатрос, он не мог, как все, ходить по земле; ему было важно летать, участвовать в финансовой жизни, в политической. Ему был нужен выход на такой уровень. Ведь он лично знал и князя Монако, и английского короля. Он не мог довольствоваться жизнью бедного эмигранта, поэтому и принял решение начать все с чистого листа, в том числе и личную жизнь. Конечно, семья восприняла развод с бабушкой очень плохо, но он сделал то, что нужно было сделать. И я писал эту книгу для того, чтобы сказать, что понял деда. А тогда Михаил Иванович ни от кого не слышал слов понимания и поддержки.


— Насколько я знаю, Михаил Терещенко не оставил мемуаров. Откуда вы черпали информацию для книги?


— Большинство сведений я узнал уже в Украине. Чтобы родилась эта книга, нужно было пожить здесь и услышать истории о том, как дед строил больницы, помогал консерватории. Я понял, что им двигали благие намерения.


— А ваш отец что-то рассказывал о вашем дедушке?


— У них были сложные отношения. Они почти не виделись, и моя книга — это признание внука в любви к дедушке. А такого проявления любви он никогда не получал — не было рядом близких людей, и только теперь мы можем это изменить, рассказав правду о его жизни. А она была действительно красивой!


— Для наших соотечественников история из вашей жизни — живое воплощение "американской мечты". А что такое, на ваш взгляд, "украинская мечта"?


— Я жил в Америке девять лет, мои дети родились там. Мне очень нравится американский энтузиазм и вера в то, что все возможно, стоит только потрудиться. Думаю, у украинцев в этом отношении очень много общего с американцами. Французы, как и русские, хотят работать поближе к власти, сидеть в красивых кабинетах е золотыми люстрами. Для них важен статус. Американцы и украинцы совсем другие. Они — предприниматели. Для меня каждая деловая встреча с украинцами становилась сюрпризом: встречаемся за обедом, а уже к его концу начинаем вместе работать — появляются предложения, очертания потенциальной фирмы. Я никогда не встречал людей, которые бы считали так же быстро! И мне это нравится! Это та атмосфера, которую я люблю. Может, это и мое субьективное мнение, но я думаю, что Советский Союз развалили не американское телевидение, радио или реклама, а украинский Менталитет. Когда я вижу, какие украинцы индивидуалисты, как хорошо они могут работать, как стойко переживают любые ситуации, находят решения каких угодно проблем, я не понимаю, как эти люди могли быть советскими.


— А существует какой-то семейный, Терещенковский секрет успеха?


— Думаю, что главный секрет — это девиз, записанный на нашем фамильном гербе: "Стремление к общественным пользам". Если много помогать другим, успех обязательно придет.


— Имя Терещенко уважаемо в Украине. Вам не предлагали использовать его в политике?


— Мое правило №1: никогда не заниматься политикой. В какой-то степени понять это мне помогла и работа над книгой: я увидел, к чему это может привести. А если серьезно, я — не украинец. Я родился во Франции, всю жизнь прожил в Европе и в Америке и просто не понимаю, как работают политики в Украине. Быть министром во Франции очень легко, потому что есть нормальная система, есть нормальные принципы, и все это работает. А быть министром во Франции очень тяжело. К тому же украинцами неимоверно сложно управлять.


— Хотя о прошлом в новой французской жизни в вашей семье и не говорили, но, может, существовали хоть какие-то "застольно-рождественские" легенды?


— Нет, все было предано забвению. Только перед смертью бабушка немного рассказала мне о жизни в Петербурге —о дворцах, о коллекции картин. Я спросил об этом у отца, но он мне сказал, что бабушка уже очень старая, поэтому ее словам не стоит придавать слишком большое значение. Единственное, о чем мы всегда знали, что наши предки были сахарозаводчиками. Иногда в книгах по истории мне попадалась фотография деда — министра Временного правительства, у которого сохранился семейный герб с нашим девизом. Уже попав в Украину, я понял, что это не просто 1фасивые слова, моя семья так и жила. И именно поэтому люди помнят не о богатстве Терещенко, а о том, что 80% прибыли они отдавали на благотворительность и меценатство. Это чудо, что в Киеве есть улица нашего имени (Терещенковская. — Ред.) и все еще стоят четыре дома, построенные моей семьей (в особняках, принадлежавших Терещенко, сегодня разместились Национальный музей Тараса Шевченко, Киевский национальный музей русского искусства. Музей искусств им. Б.иВ. Ханенко, Национальная научная медицинская библиотека. — Ред.). А в Глухове, где я провожу большую часть времени, моя семья построила девять зданий. И они все сохранились, хотя в войну город очень пострадал. То, что люди берегут их, это тоже проявление любви к нашему роду.


— Знаю, что однажды вам довелось увидеть своего прапрадедушку Николу Терещенко...


— Это очень личная история, которая круто изменила мою жизнь. Все произошло в 2003 г. Однажды мне позвонили и пригласили в Глухове на открытие склепа в Трех-Анастасиевской церкви {построена на средства Николы и Федора Терещенко; напоминает Владимирский собор в Киеве. — Ред.), где похоронены мои предки. По счастливому стечению обстоятельств, я тогда был в Киеве, так что в Глухове оказался уже на следующее утро. Можете себе представить мои странные ощущения: обычный французский человек приезжает за тысячи километров от дома открывать семейный склеп. Но отказаться я не мог. Рабочие убрали несколько плиток пола, дали мне спецодежду и фонарь, и я спустился в усыпальницу. Саркофаг оказался немного приоткрытым, но все же поддалась мне не сразу. Наконец ее удалось сдвинуть, и я увидел прапрадедушку. Он вышел, будто живой или похороненный за день до этого: волосы, борода и кожа сохранились, как при естественной мумификации. Он был очень красивый и спокойный. Мне даже не было страшно, хотя это была одна из самых экстремальных ситуаций в моей жизни. Об этом и говорить, и писать очень тяжело... Мне отдали ручку в виде распятия с крышки саркофага, и теперь это для меня самая ценная реликвия, ведь она пробыла рядом с моим прапрадедом ровно век {Никола Терещенко умер в 1903 г. — Ред.). После встречи с Николой Артемьевичем моя жизнь изменилась. Я счастлив, что через 100 лет, после революции и войн, случилась эта встреча. Это чудо! Вы знаете, что во время Второй мировой войны в Трех - Анастасиевскую церковь попала 300-килограммовая бомба. Она пробила купол и упала посреди церкви, но не взорвалась. Это тоже чудо!


— А с каким чувством вы заходите в здания в Глухове или в Киеве, построенные вашей семьей, смотрите на музейные коллекции, когда-то принадлежавшие вашей семье?


— Сегодня я живу, как самый обычный человек: ни картин, ни дворцов у меня нет, только трехкомнатная квартира. Но я очень рад, что все это сохранилось, и неважно, кто владелец всего этого. Важно другое — я могу приехать в любой момент и увидеть коллекцию картин моих предков.


— А в семье у вас хранятся какие-то реликвии?


— Моим предкам не удалось ничего вывезти из России, но мы храним все, что было на борту яхты "Иоланта", — посуду, флаг; какие-то вещи из каннской виллы Marikoza.


— В эмиграции ваша семья больше ассоциировала себя с русскими или с украинцами?


— Русский язык был у нас под запретом: дедушка не хотел, чтобы мы испытывали ностальгию. Но от российского гражданства он так и не отказался. Личный друг князя Монако и английского короля, он мог бы получить паспорт любой страны, но всю жизнь берег свой, российский, с таким документом ему, конечно, было нелегко, а он много путешествовал. Я видел его паспорт: 20 страниц в штампах разных государств. Дедушка не был сторонником украинской независимости. Он считал, что Украина в случае отделения была бы сразу оккупирована Германией. А вместе с Россией они были мощной силой. Революция и приход к власти большевиков многое изменили. Но я думаю, что мои предки всегда гордились тем, что они украинцы. Ведь и наш герб желто-синий! А это много значило в 1870 г., когда семья получила дворянство. Но все же это было другое время и другая страна: они жили и в Киеве, и в Петербурге, обрабатывали земли на правом и на левом берегах Днепра, в Курской губернии. Они хранили украинские традиции, в том числе и аграрные, и имели российские паспорта.


— Вы впервые приехали в Украину в 1994 г., теперь живете здесь постоянно. Ваши впечатления о стране изменились?


— Тогда состояние страны было очень тяжелым. Мы ехали сюда всего на четыре дня, но мама дала мне с собой много бутылок воды, чтобы мы не покупали ее здесь. Такси нам удалось поймать лишь однажды, а водитель знал только три слова по-немецки. Мы ходили в один и тот же ресторан, потому что других просто не было, с тех пор все стало другим. Скоро в Киеве будет новый современный аэропорт, расширяется метро, много чего строится. Только люди 1С всегда это замечают. Они готовы критиковать любую власть. Украина развивается. Она становится более открытой, более цивилизованной. Но это еще очень молодая страна. Невозможно все поменять сразу. Я знаю многих людей, которые хотели бы работать и жить за границей. Это неправильно. Думаю, у молодых украинцев перспектив больше, чем у молодых французов. Нуно заново строить эту страну, и любой талант здесь может найти себе. Но молодые люди пока в это не верят. Украине нужен хороший "пиар". Не только за границей, но и внутри ее самой, чтобы молодежь поверила в нее.


— Ваше имя помогает вам в бизнесе?


— Ну, я не сторонник коррупции в любом проявлении. А какую-то особую любовь к Терещенко питают далеко не все. Кто-то нас уважает, а кто-то не слышал о нашей семье ничего и думает, что какой-то иностранец приехал скупать их страну. Иногда звучат агрессивные вопросы на встречах или в эфире. Но это нормально. Здесь никто не соглашается с тем, что говорит сосед. Это ведь казаки! Это Украина! И я люблю ее и не хочу, чтобы она была другой.



Количество показов: 3446
Джерело інформації:  ''Я не встречал людей, которые бы считали также быстро, как украинцы''— признается наследник знаменитого рода Мишель Терещенко: Интервью / Ананов А. // Бізнес. - № 50(985). - С. 54-56.
Автор:  Ананов А.

Возврат к списку


ВКонтакт Facebook Google Plus Одноклассники Twitter Livejournal Liveinternet Mail.Ru


  • Режим роботи

    Понеділок - четвер з 9.00 до 20.00 години
    Субота - неділя з 10.00 до 19.00 години
    Вихідний день - п'ятниця
    Санітарний день - третя середа місяця


  • Пошук на сайті

    Введіть слово або словосполучення, яке Ви бажаєте знайти на нашому сайті:


  • Наші контакти

    Адреса:  Україна, 40000, місто Суми-МСП, вул. Кооперативна, 6

    Телефони: +38 (0542) 22-21-28, 22-47-69, 22-63-32

    Email: lib@library.sumy.ua